- Видео, Новости

Возможно ли наладить эффективный «кадровый лифт» в здравоохранении Екатеринбурга?

Щеки Тома густо покраснели; он потупил глаза и молчал.
— Говори, добрый мальчик, не бойся! — успокоил его король. — Что же ты делал с большой государственной печатью Англии?
Том опять запнулся и наконец смущенно выговорил:
— Я колол ею орехи!

Марк Твен. «Принц и нищий».

 

Не секрет, что здравоохранение — «проблемное место» любой страны. Причина такого положения вещей в том, что современное здравоохранение стоит довольно дорого — прежде всего, потому, что оно не может работать без соответствующей времени и технологиям диагностической базы.

Однако, как показал опыт предыдущей администрации профильного федерального министерства (тогда еще Минздравсоцразвития) — совершенно недостаточно «набить» больницу дорогостоящей аппаратурой и расходными материалами. Без подготовленных и правильно расставленных кадров, это оказывается бессмысленной тратой денег. Разумеется, бессмысленной — с точки зрения охраны здоровья простых людей, а не благосостояния некоторых «распильщиков», которых, увы, и в здравоохранении достаточно — что, периодически,  подтверждается громкими «посадками».

Уже совершенно очевидно, что перекос развития здравоохранения в сторону «железа» и «заливания деньгами» привел к оттеснению кадров на второй план. Между тем, кадры — не «железяка», их невозможно просто взять и купить у ведущих мировых производителей, даже имея много денег. Кадры в медицине — это люди, которых надо выращивать много лет. У них есть свои эмоции, свои проблемы. А задача грамотного управленца — так организовать работу, так расставить людей, и так решать их проблемы (по мере возможности, конечно), чтобы лучшие из лучших (в профессиональном плане) поднимались наверх по кадровой и профессиональной лестнице.

Вероника Скворцова и Леонид Рошаль
Глава Минздрава Вероника Скворцова и президент партнерства «Национальная медицинская палата Леонид Рошаль на открытии Съезда врачей. Фото: РИА Новости

Ограничителем в этих вопросах, практически всегда, выступает клановость, характерная для медицины (особенно в регионах), и критерий личной преданности (прежде всего, там, где характер работы специалиста может оказывать влияние на объемы и направление финансовых потоков).

Однако поиск баланса между этими вопросами — это уже предмет квалификации высших руководителей здравоохранения. Это их задача — поставить на руководящие административные должности грамотных управленцев (пусть и не лучших, а просто хороших, специалистов в своей врачебной специальности). Их же задача — поставить на руководящие «специальные» должности (от зав. отделениями, до зам. главного врача по определенной специальности), лучших специалистов, пусть и не гениальных управленцев.

 

Министр здравоохранения Вероника Скворцова, как врач, отлично это понимает — поэтому одной из главной тем Первого Национального Съезда врачей и стала тема кадров как основы успешного здравоохранения.

В этой связи, Интермонитор решил внимательно посмотреть — а как в Екатеринбурге решаются эти важнейшие вопросы — настолько важные, что они вынесены сегодня на федеральный уровень Первым Лицом Минздрава?

 

Рассматривать подобные проблемы и их решение, всегда лучше на конкретных примерах. Как раз сейчас, внимание Интермонитора привлек проект, созданный в Интернете волонтерами-пациентами уральского хирурга о своем докторе. Это весьма необычный проект, во всяком случае, ранее нам не доводилось с такими сталкиваться. Пациенты екатеринбургского хирурга Эккельмана Михаила Владимировича, которым он спас жизнь, собрались вместе, и рассказывают, как они встретились с Михаилом Эккельманом, какие операции он им делал, как он их восстанавливал после этих операций и так далее.

Сайт пациентов хирурга Михаила Эккельмана
Сайт пациентов хирурга Михаила Эккельмана www.ekkelman.com

 

Рассказы людей, которые были, в буквальном смысле, спасены, благодаря голове и рукам хирурга Эккельмана, потрясают своей искренностью. Они показывают, также, образ настоящего врача, который, казалось бы, давно утрачен в России. Как оказалось, к счастью для людей — он, все же, не утрачен. Вот несколько интервью с этого сайта:

 

 

 

 

Эксперты, с которыми мы обсуждали медицинскую часть рассказов пациентов Эккельмана, в один голос говорят: то, что делает Михаил Эккельман, как хирург — это высочайший класс хирургии, временами, граничащий с чудом.

 

У Интермонитора возник закономерный вопрос: почему, в таком случае, Михаил Эккельман — врач с почти 25-летним стажем, умеющий делать уникальные операции, которые практически никто больше делать не умеет — работает обыкновенным, рядовым хирургом в травматологической больнице?

Спору нет — городская больница №36 в Екатеринбурге — это, по сути, «Свердловский Склиф», с точки зрения, ее важности и нужности для людей, получивших травмы. Это один из важнейших элементов здравоохранения города Екатеринбурга. И, разумеется, тем людям, которых в «Тридцать шестой» спас Михаил Эккельман — невероятно сильно повезло.

Однако, при этом, есть серьезный момент, который нельзя сбрасывать со счетов: травма, даже очень сложная — это все же не та, по сложности,  патология, которую способен эффективно лечить Эккельман. Больные, которых может спасать хирург Эккельман, в принципе, никогда не попадут в Горбольницу №36. Даже в плановом порядке их туда нельзя положить — потому что больница №36 перегружена экстренной помощью, и просто не имеет права брать «непрофильных» пациентов.
В результате, сегодня в городских больницах умирают люди со сложной патологией — и это, в ряде случаев, не следствие нерадивости врачей или руководства этих больниц, а ограничение квалификации имеющихся специалистов. И даже претензий предъявлять некому — ведь известно, что медицина, увы, не может обеспечить стопроцентную эффективность.
Но только вот, одновременно с этим, хирург, который мог бы спасти многих пациентов, де-факто оказавшихся в разряде «безнадежных», работает в таком месте, куда они не попадут из-за формальных ограничений.

Исправить эту ситуацию можно очень быстро, но это под силу только руководителям территориального здравоохранения. Более того, именно они не только могут, но и должны заниматься такими вопросами и по возложенному на них функционалу, и по сути своей работы — обеспечению максимально эффективной помощи больным людям.

И даже платные клиники не смогут разрешить ситуацию — потому что серьезная патология требует, как правило, вмешательства государственных больниц, да и негоже, чтобы спасение жизни человека зависело от его материального благополучия.

Интермонитор обращается к руководителям здравоохранения Екатеринбурга — Начальнику Управления Здравоохранения Екатеринбурга Дорнбушу Александру Александровичу и Заместителю начальника Управления Здравоохранения Екатеринбурга по лечебно-профилактической помощи взрослому населению Мокшиной Ирине Александровне, с вопросом: в курсе ли эти уважаемые господа, о том, что в Екатеринбурге работает хирург, практически, мирового уровня — Михаил Эккельман? В курсе ли они, какой квалификацией обладает этот хирург, и как его квалификация, в настоящее время, используется на подведомственной им территории?

Если нет — то, быть может, надо войти в этот курс? Тем более, что, как показали опросы Интермонитора, — во врачебной среде квалификация Михаила Эккельмана широко известна и оценивается как очень высокая. На наш взгляд, было бы неправильно — окажись, что врачам это хорошо известно, а руководителям Здравоохранения — нет.

А если уважаемые господин Дорнбуш и госпожа Мокшина все же в курсе — то почему они, как руководители, допускают, что хирург такой величины работает в травматологической больнице на рядовой должности, вместо того, чтобы использовать его потенциал в полной мере, в лечебных учреждениях соответствующего профиля? Напомним, что максимально полное использование потенциала такого ценного ресурса, как кадры — это прямая задача руководителей любого направления народного хозяйства.

Быть может, надо начать выполнение задач, поставленных Министром Скворцовой, вот с таких, конкретных дел: внимательно посмотреть, кто еще, подобно хирургу Эккельману, мог бы быть использован с большей отдачей для здоровья населения, нежели используется сейчас, и провести соответствующие организационно-штатные мероприятия?

Филипп Юдин

7 комментариев на “Возможно ли наладить эффективный «кадровый лифт» в здравоохранении Екатеринбурга?

  1. Михаил Владимирович Эккельман — самый лучший хирург в мире! Спасибо, Михаил Владимирович, за Вашу голову, Ваши руки и вашу безаветную преданность хирургии!

  2. Низкий поклон величайшему доктору Эккельману!
    Михаил Владимирович! Спасибо Вам, что Вы есть на свете!

    С уважением,
    Ольга В.

  3. Михаил Эккельман — лучший хирург в мире. Реально.

  4. Михаил Владимирович Эккельман — это очень талантливый хирург. Не дай Бог попадать к хирургам, но если уж попадать — то лучше к Эккельману.

  5. Михаил Владимирович — один из лучших хирургов в России. Я думаю, самый лучший. Нам он не просто помог, а очень — очень сильно помог. Спас нам парня. Приехал в больницу в выходной день вечером в полной готовности оперировать и спасать, и прооперировал.
    И я ему бесконечно благодарна. Надо больше писать о хирурге Эккельмане. Потому что люди ищут с своей критической ситуации, кто бы смог помочь? А он -вот он, Михаил Владимирович Эккельман, хирург, который может помочь и спасти.

  6. Непонятно что надо людям,человек на своём месте,прекрасно выполняет свои обязанности.Если дворник хорошо метёт,его надо в начальники жэка что-ли.

    1. Ну, если вы, Анна, не видите разницы между дворником и хирургом, то неудивительно, что вы так ставите вопрос.

      Вы почитайте вот это: http://www.ekkelman.ru/priyatno-udivlen-zhurnalistami-vot-chto-znachit-professionaly/
      а также это:
      http://www.ekkelman.ru/chto-takoe-bolshaya-xirurgiya-i-pochemu-ona-razvivaet-xirurgiyu-v-celom/

      Там, глядишь, и сами поймете, почему если отстранить нескольких хирургов экстра-класса от серьезных операций — начнет деградировать вся хирургия города. И почему сделать это очень быстро, а исправлять потом очень долго.

Комментарии закрыты.